viber: +34 665-316-499 ➜ Подробности здесь

► Оглавление сборника "Наши в Испании"

Страховка на случай жизни

Все было так интересно и ново, что спать не хотелось и далеко заполночь. “Стоять!” - скомандовал Георгий телевизору и нажал кнопку “STOP”. Телевизор остановился. Чтобы вернуть его на прежнее место, пришлось гадать: какая из испанских надписей будет означать “назад”. Георгий решил приступить к практическому изучению языка прямо с надписей на пульте, поочередно нажимая кнопки.

Н
ога, точнее тазобедренный сустав дал первый сбой, когда 35-летний солист-строитель в одиночку заканчивал возводить в пригородах родного Сочи седьмой по счету дом. Тогда ему впервые пришлось изменить сверх-доходному амплуа солиста и нанимать помощников, тогда же он впервые попал на больничную койку в роскошной, как казалось, просторной и светлой палате на 4 человека.

П
ерсональные больничные апартаменты с дистанционкой, которая “по моему хотению” поднимает и поворачивает то спину, то ноги, тогда показались бы ему вымыслом фантаста. А если бы ему тогда сказали, что весь остаток от заработка на семи домах – 12,5 тысяч долларов - придется выложить в Испании на лечение съеденного тяжкой физической работой сустава, он мог бы лишиться рассудка.


К
счастью или к несчастью существуют страховая медицина, а к этому Георгий вынужден был приспособиться.


К
НЕСЧАСТЬЮ заграница не впускает нас без наличия медицинской страховки и на нее приходится тратиться. Московская страховая компания, назовем ее “N”, неплохо живет тем, что получает легкие 20-50 долларов с многочисленных туристов.

К
СЧАСТЬЮ, Георгий такую страховку купил и даже не выбросил, как обычно обходился с другими ненужными бумагами.

К
НЕСЧАСТЬЮ, труд строительного разнорабочего на берегу Средиземного моря за 4 доллара в час по тяжести не отличается от труда виртуоза-строителя в отечестве. Лопата испанского грунта ничуть не легче родной матушки-земли, только покаменистее будет. И поврежденный сустав не выдержал. Вернувшись с работы, бывший солист-строитель прилег отдохнуть, а встать уже не смог. Целые три дня, пока на белом микроавтобусе Мерседес с большим красным крестом не приехал врач с обезболивающим уколом, он не мог даже повернуться – боль пронизывала все тело и, вонзалась в мозг.

К
СЧАСТЬЮ год, на который была куплена страховка, еще не истек и беднягу приняли в роскошную дорогую клинику, принадлежащую местной страховой медицине. Приняли временно, администрация тем временем факсом запросила от московской страховой компании “N” согласие оплатить лечение. (Тексты факсов - сообщений упрощены, в них опущены бюрократические обороты речи и медицинские термины – Н.К.)

Убаюканные журчанием притекающих туристических денег, москвичи свое согласие подтвердили напыщенной фразой “мы всегда готовы… и т.д.”. На следующий день зажурчал факс и принес новую весточку из Испании: “Обследование показало, что требуется срочная операция стоимостью 12 500 долларов”.

Д
ля непосвященных поясню, что в страховых компаниях и клиниках работают целые группы специалистов, занимающихся законным завышением стоимости лечения, которая потом выгодно проводится по статье “затраты”. В обычной больнице России или Украины подобная операция стоила бы в 10, а то и 100 раз меньше.

С
реди высказываний Козьмы Пруткова Вы найдете: “Не для какой-нибудь Анюты из пушек делают салюты”. Из уст руководителя “N” это, может быть, прозвучало как “Не для того я с тысяч клиентов собираю плату, чтобы лечить на курорте этого мошенника”. Не секрет, что для страховых компаний наступление любого страхового случая начинается с подозрений в мошенничестве с целью получения компенсации.

Ж
урчание испанского факса сопровождалось появлением текста от “N”: “Отправляйте клиента в Москву, мы тут с ним разберемся и, если надо, сами прооперируем”.

Ф
акс в Москву: “Нельзя отправлять, находится в тяжелом состоянии. Необходимость срочной операции несомненна”.

И
з Москвы: “Мы сами приедем, чтобы забрать больного”.

В
Москву: “Нетранспортабелен”.

скобочках заметим, что в самом разгаре перестрелки факсами приезжал представитель со стройки, навестил Георгия, привез зарплату, кучу гостинцев, разузнал у доктора каковы перспективы на поправку. Наш добродушный и немного наивный земляк был тронут такой заботой чуть не до слез.)

Ч
тобы положить конец надоевшей переписке, “N”, вопреки подписанным международным обязательствам, чисто по-русски, хотя и на английском языке заявляет, что платить за операцию не будет и все тут! У нас, мол, свои правила. Но испанские коллеги по страховому бизнесу тоже не лыком шиты и делают телефонное предупреждение о готовности нанести оппонентам удар ниже пояса: направить письмо испанскому консулу в Москве с просьбой не признавать страховки, выданные компанией “N” просителям виз.

М
осквичи уже было решили не рисковать потерей источника дохода и сдаться, но в последний момент сотрудники “навороченной” испанской клиники решают не ввязываться в международный скандал и предъявляют счет на все 12 500 долларов… лично Георгию. Деваться некуда, он оплачивает и остается почти на мели, но зато и почти здоровый.

П
ро абсолютное обнищание говорить было пока рано, потому что есть еще основной капитал - “порох в пороховницах”: левая нога и обе руки пока работают исправно. Благополучно прооперированная 25 июня правая нога тоже скоро будет в норме. К сожалению, доктор даже пальцем погрозил, запрещая нагружать сустав, но на то он и доктор, чтобы запрещать.

Г
еоргий перекрестился, поцеловал золотое распятье на груди и твердо решил отныне страховать здоровье и жизнь где угодно, но не в России. В Испании это стоит недешево, - около 500 долларов в год (для того, кто зарабатывает собственным горбом все стоит недешево), но со здоровьем всякое может стрястись...

Е
го больше совсем не забавляет дистанционка. Открывая – закрывая шторы и окна, включая – выключая свет и кондиционер, он озлобленно давит на кнопки и подсознательно желает всему этому поскорее сломаться. Однако, сломаться суждено было не “наворотам”…

П
о возвращению домой Георгий застал в двери своего бунгало клочок белой бумаги. Это была записка от асессора Хавьера, который в прошлом году за 3000 долларов “устроил” ему вид на жительство. В записке было наспех нацарапано по-испански: “Хуан не продляет контракт на работу. Позвони мне.”

Н
овость была равнозначна известию о крахе всех надежд на испанское будущее.

&&&

Ровно год назад асессор Хавьер, сидя в дорогом ресторане с кондиционером и с видом на море напротив Георгия и угощаясь за счет последнего изысканно приготовленным лососем под молодое белое вино, рассказывал какие трудности ему, бедняге, пришлось пережить в борьбе за получение вида на жительство для русского. Слово “русский” было акцентировано поднятием бровей и надуванием щек как главная загвоздка. Новоиспеченный легальный житель Испании был вне себя от счастья и, добродушно улыбаясь, слушал непонятные быстрые слова, к тому же наполовину проглоченные. Переводчика не было. Нескольких слов - “трабахо” (работа), “полиция”, “проблемы”, “паспорт” и тому подобных - оказалось достаточно, чтобы пару часов общаться.

Н
е удивительно, что, ведя подобный “обмен информацией и мнениями”, Георгий из пространного ответа асессора на свой вопрос о будущем понял только: “Хуан”, “контракт”, “резиденция” и “нет проблем”, остальные светлые перспективы он дорисовал без посторонней помощи в своем слегка подогретом белым вином воображении.

Т
акие “мелочи”, что контракт служит только формальным (липовым) поводом просить первичный, годовой, вид на жительство, но по существу не дает работы, тогда казались мелочью. Ведь работа есть – он уже работает (хоть и нелегально) разнорабочим на стройке. Для нас, русских, не новость числиться в одном месте, а зарабатывать в другом.

Н
ам с Вами сейчас, сидя напротив монитора, легко рассуждать, что подстроенная асессором ловушка с контрактом была очевидна. Ясно как день, что для продления через год вида на жительство потребуется и продление контракта. Побывавший в таких переделках добавит еще, что потребуется справка об уплаченных за первый год НАЛОГАХ…

В
глазах Георгия, не окрепшего от нанесенных по здоровью и бюджету ударов, Хавьер, который принес прямо “в постель” больного дурную новость, вдруг слился воедино со стеной и поплыл… Но наш соотечественник все-таки овладел собой, сделал несколько глотков освежающе-кислой лимонной воды и снова посмотрел на бессовестного асессора. Тот продолжал говорить, не глядя клиенту в глаза и не заметив его обморока.

- …Хуан говорит, что ему для улаживания всех проблем надо миллион песет (~6,3 тысячи долларов – Н.К.). Он должен уплатить за тебя налоги…
Слова “платить”, “полиция” и “налоги” Георгий знал. Знал он и то, что другого выхода у него нет, если не считать возврат домой, в забытый богом и туристами, некогда процветающий Сочи. Собственно, новостью это было только для Георгия. Его крючкотвор-собеседник уже давно мысленно потирал руки в предвкушении заслуженной добычи.

– Хуан может подождать? – с трудом подбирая слова, покорно заговорила “добыча”, и не думая торговаться, спорить, - Я заработаю и отдам ему. Сейчас я все деньги отдал за операцию. Дорогая операция.

- Стройку забудь, - доступными к пониманию словами продолжил Хавьер, - Доктор сказал, что ты не можешь делать тяжелую работу. У хозяина будут проблемы.

- Он не знает… - начал было Георгий, но осекся. Ему вспомнился казавшийся трогательно-заботливым визит представителя стройки в больницу, разговор последнего с доктором.

Р
азговор с асессором состоялся сегодня, 28 июня, утром. А к вечеру Георгий уже нашел часть суммы. Около 1500 долларов нам, русским соседям Георгия, общими усилиями удалось предварительно отвоевать у Московской страховой компании; кое-что было у него в “загашнике”; около 2000 $ занял у нас, намерен также сдать бунгало на лето туристам. Кроме того, Хавьер обязательно даст небольшую отсрочку.

&&&

Георгий только что прочитал все до слова “…отсрочку” и сказал мне немного путано:
- Ты, Николай, не пугай народ этими страстями, а то подумают, что мы тут не живем, а только мучаемся. Напиши, что пусть не боятся ехать сюда, а просто учатся на наших ошибках. Приедут, подскажем. И вообще, кто тебе сказал, что я ошибся? Московская страховка была как дешевое дополнение к билету. Если вырвем за эту бумажку 1,5 тыщи баксов, можно считать за счастье! Асессор “душит”? Ничего страшного! Следующий этап вида на жительство будет “постоянное проживание”. Люди по 20 штук “зелени” платят и не жалеют (Тут он приврал. – Н.К.), а я пока отделался за 8 штук в рассрочку. Зато и резиденция у меня будет с правом на работу!

- Н
а все случаи жизни не застрахуешься, - продолжил Георгий, - Ты лучше поподробней напиши про хорошее. Например, про дистанционку в больничной палате. Кто плохо видит, кнопочкой подзывает к себе телевизор. Нажмешь “STOP”, - тот останавливается. А работа… А что работа?! Была бы шея, хомут найдется! Без работы сидят только бездельники.

П
ока Георгий давал мне советы как писать, в дверь позвонил добрый испанский доктор, которому за каждый еженедельный послеоперационный визит придется платить 25 тысяч песет, то есть около 170 долларов. Платить трехдневный заработок за 15 минут слушания совсем непонятной речи. Мой собеседник заметно помрачнел и обозленным тоном продолжил корректуру:
- И напиши пусть язык учат, потому что… Потому что дурят кто хочет.

Как больной попросил, так я и написал: “не надо бояться, прорвемся!”

До скорой встречи в мировой сети Интернет!

Из Испании, 28/06/99 Н. Кузнецов


► Оглавление сборника "Наши в Испании"



  costagarant.ru costagarant.ru